— Мы развернем ЭТО, и ОНО пойдет с нами, закажет пиццу с ветчиной и курицей — вот это я имел в виду.

Мори припарковал «ягуар» и не спеша обошел машину. Открыв заднюю дверцу, принялся срывать с человекоподобного свертка газеты, и вскоре мы воочию увидели почтенного седобородого джентльмена. Глаза закрыты, руки — сложены на груди. Одет сей почтенный старец в платье старинного покроя.

— Увидишь, какое сходство с человеком, когда ОН закажет себе пиццу, — заметил Мори и стал возиться с выключателем на спине ЭТОЙ ШТУКИ.

Внезапно ЕЕ физиономия приобрела сердитое, высокомерное выражение и ОНА проворчала:

— Друг мой, уберите подальше свои пальцы, будьте так любезны! — ШТУКА отпихнула от себя руки Мори, а тот радостно осклабился, глядя на меня, и спросил:

— Вот видишь?

Симулакр медленно сел и теперь был занят тем, что очень методично стряхивал с себя пыль. Наверное, ЕМУ казалось, что пострадал ОН по нашей вине. Вид у НЕГО был строгий и злорадный: кто знает, может, мы ЕГО специально обесточили, а потом начистили морду… Мне уже было ясно — продавец в кафе «У Томми» будет одурачен. Мори достиг желаемого эффекта: если б я собственными глазами не видел, как симулакр пробуждается к жизни, я бы, лопух лопухом, спокойно созерцал всего лишь почтенного джентльмена с раздвоенной седой бородой, одетого несколько старомодно, отряхивающего одежду с видом оскорбленного достоинства.

— Вижу, конечно, — проговорил я.

Мори придержал открытой заднюю дверцу «ягуара», и Стентон, электронный симулакр, выскользнул из машины и выпрямился во весь рост с непередаваемым чувством собственного достоинства.

— У НЕГО есть деньги? — спросил я.

— Ну а как же, — ответил Мори, — не задавай пустячных вопросов, это — самое серьезное дело из всех, с которыми тебе приходилось сталкиваться.

Наша троица, хрустя гравием, направилась к ресторанчику. Мори вещал:

— Будущее наше с экономической точки зрения, как, впрочем, и будущее всей Америки, полностью зависит от симулакров. Через десяток лет мы с тобой станем богачами, именно благодаря вот ЭТОЙ ШТУКЕ.